Что на самом деле есть "океанская зыбь"
03.05.2018 1347
Парусники

Что на самом деле есть "океанская зыбь"

И другие открытия на борту "Крузенштерна"

Ольга Яковлева
Ольга Яковлева

Ольга Яковлева

Редактор сайта Клуба путешествий Михаила КожуховаВсе материалы автора

Мы прошли 1769 морских миль из испанского Кадиса до датского Скагена. Под ногами еще долго качался берег, а в воспоминаниях до сих пор мелькают они: синие-синие волны Атлантики, бискайский концерт Дианы Арбениной на палубе, непроглядный туман Северного моря, разговоры до глубокой ночи на корме и надутые ветром белоснежные паруса. 

Впервые оказаться на борту парусника, о котором ты столько знаешь – странно. Чувствуешь себя этаким Артуром Хейли – писателем производственного романа. Всё знакомо. Все знакомы. Вот прогуливается по палубе – Михаил Александрович, он же дядя Миша, он же старший боцман, он же огромной души человек, и несмотря на то, что грозно рявкает на своих курсантов, души в них не чает. Ты знаешь об этом и не волнуешься за чувства подростков. Дядя Миша пока не знает твоего имени, но всего-то через пару дней будет учить тебя, бестолковую, вязать морские узлы. Ты будешь хохотать, потому что ничего не будет получаться, а он ласково улыбаться и говорить: “Ничего-ничего, ты все равно молодец”.


9999_175.JPG


То, с чем мы столкнулись в первые дни, называется “океанская зыбь”. Семейным советом было решено, что “зыбь” и “рябь” – одно и то же. Ха, как же мы ошибалась. На деле же океанская зыбь – это о-очень длинные, о-очень высокие волны. Когда парусник оказывается на гребне волны, тебя подкидывает как на американских горках и ухает сердце. Именно в тот момент мы узнали, что такое “качка”. В худшем случае – это неразрывный союз с унитазом на несколько дней. В “более или менее” случае – постоянное желание спать. В лучшем – жуткий голод. И с первым, и со вторым, и с третьим каждый из нас в итоге справился. Но, черт возьми, эти огромные, синие волны Атлантики – одно из самых счастливых воспоминаний из нашего похода.


6_46.JPG


Ребята, которые проходят практику на корабле, сильно отличаются от подростков на суше. Можно долго рассуждать на тему того, что сухопутные подростки утыкаются в гаджеты и другого не видят, а морские – другие, им все интересно. Но дело даже не в этом. Практически каждый из них знает, зачем пришел на борт. И несмотря на всю строгость дисциплины, к морским законам они относятся с огромным уважением – как и к людям, которые их обучают основам морского дела. Как и к самому морю.


9999_159.JPG


Да, подъем на мачту – это страшно. Очень. Безумно. Ноги подводят, трясутся изо всех сил, сколько бы ты их не уговаривал успокоиться, слушая ласковый голос боцмана первого грота, который советует смотреть “чуть выше линии горизонта”. Но то, что ты видишь наверху… Сказать, что это стоит того – ничего не сказать. Дух захватывает. Кто трусливее – остается на марсовой площадке, кто посмелее – забирается выше, на салинг. Поговаривают, что если внимательнее оглядеться, можно заметить, что земля – круглая. То ли от страха, то ли от восторга, я этого не заметила. Но спорить с тем, что она круглая – не возьмусь. После нескольких подъемов, укатки парусов на реях и мастер-класса по горденям, тебя могут допустить до парусного аврала. “Пошел все наверх”! Смех сквозь слезы. Как описать в одном абзаце его красоту? С чем сравнить? Магия “Крузенштерна” в том, что “нажал кнопку и поднял паруса” здесь не работает. Главное орудие на корабле – руки. Одно неверное движение, и нужно все переделывать. Когда натягивается последний парус – сердце колотится и перехватывает дыхание. Это такая крышесносящая красота, для которой всех эпитетов русского языка не хватит.


9999_393.JPG


Тот промежуток времени, когда учебная смена закончилась, на ужин еще не позвали, а солнце еще не село за горизонт – самый красивый. Экипаж заканчивает работу, потихоньку собирается на корме, чтобы обсудить за сигаретой дела насущные. Влюбленные прогуливаются по палубе. Курсанты слушают музыку, смеются, рассуждают на тему того, что по-настоящему есть страшный шторм, напоминают нам о том, что “Бискайский залив – это жесть”, и самое страшное еще впереди… Мы недоверчиво склоняем голову, в глубине души надеясь, что нас он обойдет стороной.  


9999_192.JPG


В море нельзя быть клиентом, теперь я это точно знаю. Море распахивает объятия только для тех, кто принимает его законы – плохие люди там не уживаются. И до тех пор, пока четыре тысячи квадратных метров надутых ветром парусов будут ходить по океанам, приглашая нас с собой, мир всегда будет чуточку лучше.


Автор фотографий: Сергей Селезнев


Оставьте интересный комментарий

Политикой конфиденциальности
  • Ваши персональные данные не будут переданы третьим лицам.
  • Отправляя заявку, вы соглашаетесь с получением информационной рассылки от Клуба (рассылка осуществляется не чаще 2 раз в неделю). В любой момент вы сможете отписаться от рассылки.
  • При отправке заявки вы принимаете условия того, что вам могут отказать в путешествии без объяснения причин.

Читать полностью Политику конфиденциальности

Спасибо! Ваш комментарий принят!



А я бы с радостью писал вам письма, если оставите e-mail:

Отлично!

Вы подписаны.
Ждите рассылку по четвергам.